Система OrphusСайт подключен к системе Orphus. Если Вы увидели ошибку и хотите, чтобы она была устранена,
выделите соответствующий фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Древнее царство Урарту (совместный проект с порталом Новый Геродот).


Меликишвили Г.А.
Урартоведческие заметки

Вестник древней истории, 1951, № 3.
[175] — начало страницы.

I. muna — урартское «река»?

Известно, что во время царя Аргишти I (781—760) урартским административным центром в Южном Закавказье сделался основанный этим царем на левом берегу Аракса, у совр. сел. Армавир (бывш. Курдуклю) город Аргиштихинили. Этот урартский центр Закавказья до конца существования Урартского царства не потерял своего значения, хотя впоследствии на территории Закавказья было создано много других урартских опорных пунктов. Оставленные царем Аргишти надписи в районе Армавира (древнего Аргиштихинили) — почти все строительного или культового характера: урартийцы здесь строят дворцы, крепости и другие сооружения, проводят каналы, разводят сады и виноградники и т. д. Из надписей, повествующих об этой деятельности урартских царей в этом районе, особенно большое значение имеет надпись, которая в сборнике урартских надписей Закавказья, изданном знаменитым русским ассириологом М. В. Никольским, опубликована под № 91). В надписи речь идет о строительной и мирной деятельности царя Аргишти в районе Армавира: здесь говорится, что Аргишти воздвиг «величественный дворец» (подразумевается «цитадель», «крепость») и назвал его «Аргиштихинили» (стк. 3-5: É-GAL baduse šidištubi terubi Iargištiḫinili tini), потом упоминается разведение виноградников и фруктовых садов (стк. 9: GIŠulde GIŠzare terubi), а также (от имени царя Аргишти) сказано: ÍDmu-na-ni IV PA5 a-gu-bi, т. е. «из реки Муна 4 канала я провел» (стк. 8; в издании М. В. Никольского, а также в других изданиях данной надписи эта строка, в частности место IV РА5, «4 канала», осталась неразобранной). Таким образом, эта надпись содержит важное указание о проведении царем Аргишти в районе Армавира четырех каналов. Об этом же факте имеется указание и в знаменитой летописи царя Аргишти, высеченной на Хорхорской скале в городе Ване (в древней столице Урартского царства). Это место летописи царя Аргишти до сих пор остается ошибочно прочитанным. В 4-м столбце, который опубликован Сэйсом в JRAS (XIV, 1882, № 40), в строках 71-73 Сэйс читал: [Iar-giš]-ti-še Ime-nu-ú2)- a-ḫi-ni-še a-li-e... Iar-giš-te-e-ḫi-ni-li ši-du-bi [KUR]ma-na-ni KÚR-e I'a-za-i-ni-e KUPi-ni-e a-gu-bi.3)

В отношении чтения клинописных знаков здесь нужно внести исправление в чтение [KUR]ma-na-ni KÚR-e («страна Мана(ни) вражеская»). Клинописный текст этого места по автографу Шульца («Journal Asiatique», 1840, табл. V) здесь содержит: . Для восстановления первого знака в виде ma, как это делает Сэйс, нет никакого основания; напротив, здесь есть все основания восстановить знак mu: в автографах Шульца и в других местах следы знака mu представлены [175] в виде . Сэйс ошибочно читает здесь же и комплекс как KÚR-e (идеограмма «вражеский»+е); несомненно, что здесь мы имеем идеограмму РА5 («канал»). С учетом этих исправлений и аналогичного места из вышерассмотренной Армавирской надписи, 73-я строка IV столбца летописи Аргишти I примет следующий вид- [IDm]u-na-ni РА5 I’a-za-i-ni-e KUR-ni-e a-gu-bi, т. е. «из реки Муна я стране (для страны) Азаини канал провел»; целиком же стк. 70-73 этой надписи, таким образом, нужно перевести: «Величием бога Халди Аргишти сын Менуа говорит: Аргиштихинили я воздвиг, из реки Муна я стране (= для страны) Азаини канал провел».

Сэйс, как мы видели выше, в этом месте читал название страны Мана (вместо «реки Муна») и в связи с этим в I'azainie хотел видеть распространенное в Манейском царском доме имя Аза, считая, что здесь, повидимому, упоминается какой-то царь страны Мана Азаини.4) Но на самом деле несомненно, что здесь речь идет о названии той территории, на которой царем Аргишти был воздвигнут город Аргиштихинили, т. е. именно о районе Армавира. В одной армавирской надписи, которая принадлежит тому же Аргишти I, город Аргиштихинили и страна (племени) Аза упоминаются рядом друг с другом (... [Iar]gištiḫina I'azani KUR-ni... — НКНЗ, XI1, на основании чего М. В. Никольский вполне правильно отмечал, что «страна 'Azani должна быть именно той, в состав которой входил Армавир; будучи завоевана Аргишти, она получила другое название Argištiḫina...». M. В. Никольский также считал, что это именно армавирская страна Азани, которая упоминается в летописи Аргишти I (в рассмотренном нами выше месте), хотя ошибочно полагал, что там речь идет о завоевании 'Azani.5) На самом деле, как мы видели, там речь идет о постройке Аргиштихинили и о проведении для страны Аза(ини) канала. Таким образом, это место летописи Аргишти I повторяет показания вышерассмотренной армавирской надписи (НКНЗ, № 9). Оказывается, что в одной армавирской надписи речь идет о построении Аргиштихинили и о проведении царем Аргишти четырех каналов из реки Муна, а в летописи говорится о построении Аргиштихинили и о проведении канала из реки Муна для страны Аза(ини) (это указание летописи Аргишти I повторяется также в дубликате этого места летописи, в надписи CICh, 112B2, табл. XXVIII, стк. 39-42).

Остается еще вопрос, какая река называется в этих надписях рекой Муна. В первую очередь здесь, конечно, можно предполагать реку Аракс, на берегу которой находились основанный царем Аргишти Аргиштихинили и страна Аза(ини). Уже М. В. Никольский высказал мнение, что «может быть, это название самого Аракса или канала, от него проведенного».6) То, что в muna можно видеть название реки Аракс, кажется правдоподобным и потому, что в тексте летописи речь, повидимому, могла идти лишь о какой-то большой реке. Но существует и другая возможность: может быть, «Муна» является не собственным именем какой-нибудь реки, а урартским словом для обозначения общего понятия «река». Это предположение возникает у нас на основании одной надписи царя Менуа (CICh, 52), которая найдена на небольшом скалистом острове Ахтамар, расположенном близ южного побережья Ванского озера. Как предполагает Леманн-Хаупт, камень с надписью, вероятно, перевезли на остров с противоположного берега озера; он, возможно, происходит из Хуркума, так как в надписи речь идет о проведении канала, для которого вряд ли найдется место па небольшом острове, окруженном соленой водой Ванского озера.7) В этой надписи речь идет о проведении канала (или каналов), повидимому, на той территории, на которой была поставлена стела с надписью, т. е. в районе находящегося на южном побережье Ванского озера Хуркума. И вот, в этой надписи, повествующей о проведении канала, мы встречаем выражение kuṭubi pari muna; в «типа» [176] этой надписи можно видеть название какой-либо реки или какое-нибудь общее слово этого же характера по аналогии с другой надписью Менуа (CICh, 48), где встречается в аналогичном контексте выражение kuṭube pari dainalatinini.8) Поэтому можно считать типа Ахтамарской надписи (CICh, 52) царя Менуа тем же самым словом типа, которое снабжено детерминативом «реки» в вышерассмотренных надписях Аргишти I (НКНЗ, № 9). Кроме того, что касается Ахтамарской надписи, отождествление типа этой надписи с рекой Аракс нельзя признать правильным, поскольку, очевидно, что арену описываемой в этой надписи деятельности царя Менуа (проведение канала и т. д.) нужно искать в районе, где была установлена эта надпись, т. е. на южном побережье Ванского озера. Кроме того, в этом последнем случае обращает на себя внимание то, что перед muna не стоит детерминатив названий рек, а это говорит о том, что мы здесь должны иметь не собственное имя, а какое-нибудь общее название. Все это заставляет нас думать, что в muna следует видеть урартское наименование понятия «река», или же определенной категории рек, а в dainalatini, которое упоминается в надписях царей Менуа и Аргишти (CICh, 48 и Sayce, 43), — повидимому, также общее урартское название какой-нибудь другой категории рек.

II. О местонахождении города Уишини

Необходимо внести некоторые исправления и в чтение той надписи царя Менуа, которой мы только что коснулись (CICh, 52). Здесь, нам кажется, нуждается в исправлении чтение начала 8-й строки оборотной стороны стелы. В этом месте издатель надписи Леманн-Хаупт (CICh, 52) читает: ṣu-ú-i-ši-ni, причем по поводу первого знака (su) у него в примечании говорится, что на памятнике сохранился лишь конец этого знака — два вертикальных клина (что совершенно верно, см. CICh, табл. 56) и что он восстанавливает здесь ṣu по аналогии с CICh, 14526, 149rs13 и 148vs40. Но эти надписи не могут помочь в восстановлении поврежденного места рассматриваемой надписи, так как в них имеется совершенно другой контекст; кроме того, известно, что знак ṣu в урартской клинописи нигде не оканчивается двумя вертикальными клиньями (он всегда оканчивается тремя горизонтальными клиньями); таким образом, для восстановления ṣu перед uišini никакого основания нет. В этом месте надписи Менуа имеется два параллельных выражения: KURaiduni KUR-ni šuini esini pile agub[i] и [Iuisini šuin[i es]ini pili ag[ubi]. Отсюда видно, что на месте [Iuišini нужно ожидать собственное имя какой-нибудь местности (по аналогии с KURaiduni KUR-ni «страна Аидуни» первой фразы), и тот знак, который стоял перед uišini, должен быть каким-то детерминативом.

Двумя вертикальными клиньями оканчивается детерминатив названий городов и поэтому мы можем вместо ṣuišini прочесть здесь [U]RUuišini «город Уишини».

Город Уишини известен и по другим урартским надписям. В частности, в известной сакральной надписи из Мхеркапуси урартских царей Ишпуини и Менуа, где перечислены почти все божества урартийцев, специально указывается, что «воротам» (так называли урартийцы посвященные богам культовые сооружения) «бога солнца города Уишини (должны преподнести в жертву) 1 быка и 2 овец».9) Отсюда видно, что город Уишини был одним из значительных культовых центров урартийцев, одним из центров культа бога солнца. Можно думать, что именно этот город Уишини упоминается и в Ахтамарской (происходящей из Хуркума?) надписи царя Менуа. Упоминаемые в этой надписи места, в частности, страна Аидуни и город Уишини, по всей вероятности, находились именно в том районе, где была установлена эта надпись. Таким образом, это обстоятельство дает возможность определить местонахождение одного из значительных культовых центров Урарту, города Уишини. Он должен был находиться на южном [177] побережье Ванского озера, в районе нынешнего Хуркума. При этом можно думать, что он находился на территории упомянутой в этой же надписи страны Аидуни и являлся одним из значительных пунктов этой страны.

III. К маршруту похода Саргона II против Урарту

Таким образом, выясняется, что на южном побережье Ванского озера находилась страна (область) Aiduni, одним из значительных пунктов которой был город Uišini. Это обстоятельство имеет значение и для вопроса о маршруте знаменитого 8-го похода ассирийского царя Саргона II против Урарту (714 г. до н. э.). Во время этого похода Саргон II одержал крупную победу над войсками урартского царя Русы I и его союзников в манейской области Уишдиш (восточнее Урмийского озера); после этого войска Саргона вступают на территорию собственно Урарту, проходят ряд областей, в том числе область Armari(a)li,10) откуда они переходят в область Aia(i)d(i), которая находилась «на берегу моря» (ARAB, II, 20, 166), т. е., по всей вероятности, Ванского озера. Ф. Тюро-Данжен считал, что здесь подразумевается северное побережье Ванского озера, и думал, что Саргон не проникал в центральные районы Урарту, а обогнул Ванское озеро с севера.11) Леманн-Хаупт соглашался с маршрутом, устанавливаемым Тюро-Данженом для первой стадии похода Саргона, но возражал против попытки Тюро-Данжена локализовать Аиади на северном побережье Ванского озера. Леманн-Хаупт считал, что Аиади должна была находиться на восточном побережье Ванского озера и что здесь подразумевается именно центральная часть Урартского царства. По его мнению, царь Саргон вовсе не огибал с севера Ванское озеро, но из района Урмийского озера вторгся прямо в центральные районы Урартского царства. В подкрепление своего мнения Леманн-Хаупт приводил ряд соображений,12) некоторые из которых представляются основательными; так, например, вполне вероятно отождествление лесистых гор Уизукки, богатых мрамором, о которых говорит отчет Саргона об этом походе, с Зымзымдагским хребтом, действительно имеющим выходы мрамора; Леманн-Хаупт считает также невозможным, чтобы Саргон, обогнув Ванское озеро [178] с севера и проходя вдоль всего северного и восточного побережья озера, встретил бы здесь одну единственную область Аиади; по его мнению, в таком случае можно было бы ожидать, что текст Саргона упомянул бы много разных областей Урарту, а не одну лишь Аиади. Кроме того, если правильно укоренившееся в научной литературе мнение о том, что уже на первом этапе похода Саргона ему удалось нанести решительное поражение урартскому войску восточнее Урмийского озера, что эта победа Саргона основательно подорвала силы Урарту, что после этого Урарту уже не могло оправиться и т. д. ..., то непонятным кажется, почему Саргон после такой блестящей победы отказывается вторгнуться в центральные районы Урартского царства и предпочитает идти по периферии, обходит Ванское озеро с севера. То обстоятельство, что текст Саргона не упоминает столицу Урартского царства Тушпу, не может являться решительным аргументом в пользу утверждения, что Саргон во время этого похода не прошел через центральные районы Урарту.13) В это время среди ассирийцев были, по всей вероятности, еще живы воспоминания о безрезультатной осаде Тушпы в 735 г. знаменитым отцом Саргона царем Тиглатпаласаром III. Под влиянием этого, можно думать, а также, может быть, и по другим соображениям Саргон отказался во время этого похода завязать бои за неприступную Тушпу, хотя и прошел через центральные районы Урарту, вблизи его столицы.

По вышеприведенным соображениям более вероятным следует считать, что войско Саргона из района Урмийского озера вторглось именно в центральные районы Урарту; страну Аиади нужно искать не на северном, а скорее на восточном или на южном побережье этого озера. Топонимика урартских областей Аиади и соседней с ней Армари(а)ли выявляет названия, производимые от имен тех или иных урартских царей, здесь же специально упоминаются города отдельных урартских царей или их родственников.14) Это обстоятельство, повидимому, говорит о том, что здесь речь идет именно о центральных районах царства, а не о его периферии. Можно думать, что это предположение получает твердое основание в сделанном выше, на основании внесения некоторых исправлений в чтение Ахтамарской надписи царя Менуа, выводе, что на южном побережье Ванского озера, повидимому, в районе Хуркума, находилась страна Аидуни, одним из значительных пунктов которой был город Ушпини. По вышеприведенным соображениям можно думать, что страна Аиади ассирийских текстов должна была находиться па восточном или на южном побережье Ванского озера; если это так, то весьма вероятно, что Аиади ассирийских текстов может быть отождествлена со страной Аидуни урартских надписей: именно по соседству с областью Аиади Саргон упоминает большую крепость Uaiais (в письмах Куюнджикского архива: Uasi, Uazae, Uazaun, Uesi), а в самой стране Аиади Саргон упоминает город «Старый Uaiais».15) Возможно, что именно этот старый Uaiais (Uasi — Uesi) и есть тот город Уишини, который упоминается в урартских текстах (CICh, 18, 52). Таким образом, есть возможность утверждать, что упоминаемые в надписях Саргона страна Aiadi с городом Uesi (Uasi, Uaiais), находящиеся, по данным Саргона, на побережье Ванского озера, идентичны с упоминаемыми в урартских надписях страной Aidu(ni) и городом Uiši(ni), которые, по данным урартских надписей, были расположены на южном побережье Ванского озера; отсюда вытекает, что страна Aiadi, через которую прошло ассирийское войско в 714 г. до н. э., находилась не на северном побережье Ванского озера (как это думает Тюро-Данжен), а на его южном побережье.16) Из этого же следует, что Саргон во время своего похода на самом деле [179] прошел через центральные районы Урарту, а не предпринимал длинного похода по периферии, обогнув с севера Ванское озеро.17)

IV. Упоминается ли страна Уихирухи в урартских надписях?

В летописи царя Сардури II (надпись D, стк. 18, 29) упоминается страна,, название которой некоторые исследователи читают как ú-i-ḫi-ru-ḫi, другие — как ú-i-ṭí-ru-ḫi. Оба эти чтения сами по себе возможны, так как знак клинописи имеет значение как ḫi, так и ṭí. Те исследователи, которые отдают предпочтение чтению ṭí, предполагают, что здесь речь идет о той же стране, которая в других урартских текстах18) часто упоминается в написании ú-i-tè (знак )-ru-ḫi.

В самом доле, в урартской клинописи мы вообще нередко встречаем случаи употребления знаков и для обозначения одного и того же слога «ти». Так, например, в одной надписи царей Ишпуини и Менуа, найденной в Ване, в церкви Сурб Иогос (CICh, 13 av., стк. 9-10), говорится: [ku]-ṭè-[tú] pa-a-ri [URU] a-na-ši-i-[е].19) В другой надписи тех же Ишпуини и Менуа, повествующей о тех же событиях, мы также встречаем выражение ku-ṭè-tú pa-a-ri (CICh, 14, стк. 19).20) В этих надписях слог «ти» передан через знак (ṭè),21) но в Алашкертской надписи царей Ишпуини и Менуа,22) в которой излагается то же событие и встречается это же выражение ku-ṭí-tú pa-ri URUa-na-ši-e, тот же слог «ти» в том же слове kuṭi/etu передан уже знаком (ṭí).23) Тот же факт употребления знаков и для передачи одного итого же слога «ти» налицо в урартских текстах и при написании названия одной урартской меры емкости. — ṭirusi. Первый слог этого названия обыкновенно пишется знаком , на основании чего до сих пор в специальной литературе было распространено чтение названия этой [180] урартской меры емкости ḫi-ru-si. Однако водной надписи Сардури II (анналы, G, стк. 10) начальный слог этого же метрического названия передан знаком , а это указывает на то, что и в тех случаях, когда название этой урартской меры емкости встречается в написании -ru-si, мы должны прочесть здесь не ḫi-ru-si, a ṭí-ra-si, и, таким образом название этой урартской меры емкости должно читаться не «хируси», а «тируси».24)

Однако факт употребления в урартской клинописи знака в значении ṭi еще не означает, что мы в летописи Сардури II (D, стк. 18, 29) название страны ú-i--ruḫi должны обязательно прочесть как ú-i-ṭí-ru-ḫi и утверждать, что здесь упоминается та же страна, которая в других урартских текстах упоминается в написании: ú-i-ṭè()-ru-ḫi. Кроме того, имеется еще одно обстоятельство, которое заставляет нас думать, что это должно быть именно так: дело в том, что в данной надписи (в летописи Сардури II) в связи с этой страной ú-i-ṭi/ḫiru-ḫi упоминается город Uraiani (надпись D, стк. 26) — царь Сардури говорит, что, завоевав страну, он воздвиг в этом городе цитадель, крепость. Можно думать, что это тот же город, который в форме Urieiuni упоминается в летописи предшественника Сардури II царя Аргишти I как «царский город» (= столица?) страны Уитерухи (ú-i-ṭè-ru-ḫi) (Sayce, 37, стк. 12). Это заставляет нас допустить, что в означенном месте летописи Сардури II речь идет об этой же стране Уите/ирухи, и поэтому здесь знак нужно прочесть не как ḫi, а как ṭí (т. е. Iú-i-ṭí-ru-ḫi). Таким образом, по нашему мнению, в летописи Сардури II (как и вообще в урартских текстах) вовсе не упоминается какая-то страна Уитирухи, а речь идет о той же стране Уитирухи, которая многократно упоминается в надписях предшествующих Сардури II урартских царей Ишпуини, Менуа и Аргишти I.

V. Об одной урартской посвятительной надписи

Среди урартских эпиграфических памятников мы в большом количестве встречаем надписи на стелах, в которых речь идет лишь о посвящении надписи царем какому-нибудь божеству.25) Кроме этой формулы, в этих надписях иногда помещена также титулатура царя-посвятителя. Эти стелы, повидимому, ставились в определенных культовых местах или сами по себе образовали культовые места, места жертвоприношений тому божеству, которому посвящалась данная стела.

Большинство дошедших до нас таких стел посвящено верховному богу урартийцев — Халди, но имеются также стелы, посвященные богам Тейшеба (ЦУПМГ, 22), Шиуини (CICh, 85), Хутуини (CICh, 84). До сих пор были известны такие надписи, которые посвящены лишь одному какому-нибудь урартскому божеству. Но оказывается, что имеется такая же стела-надпись, посвященная двум урартским богам. Это надпись на стеле царя Менуа, опубликованная в транскрипции в «корпусе» урартских надписей (CICh, № 94). На стеле дважды повторяется одна и та же посвятительная надпись; начало этой надписи в транскрипции Леманн-Хаупта представлено в таком виде: [Dḫal-di-e e-ú-ri-e Ime-nu-ú-a-še I]iš-plu-u-i-ni-ḫi-ni-še] i-ni p[u-lu-si ku-gu-ni] (стк. 1-4); при повторении же у Леманн-Хаунта дается: Dḫal-di-[i-e e-ú-ri]-e-i Ime-nu-ú-a-še] Iiš-pu-u-i-ni-ḫ[i-ni-še] i-ni pu-lu-si ku[-gu-ni], т. е. «Богу Халди, владыке, Менуа сын Ипшуини эту надпись написал». Фотография с эстампажа этой надписи, опубликованная в том же «корпусе» (табл. 65), показывает, что чтение, данное Леманн-Хауптом, нуждается в серьезных поправках: [181] в частности на фотографий в 13-й строке ясно читается вместо eurie («владыке») имя хорошо известного урартского бога Куера; согласно этому, и во 2-й строке нужно восстановить не eurie (как у Леманн-Хаупта), a quera. Итак, на самом деле, мы должны читать в этой надписи, стк. 1-4: [Dḫal-di-e Dqu-e-ra Ime-nu-ú-a-še I]iš-p[u-u-i-ni-ḫi-ni-še] i-ni p[u-lu-si ku-gu-ni] и при повторении в стк. 12-15: Dḫal-di-[i-e] [D]qu-e-ra Ime-n[u-ú-a-še] Iiš-pu-u-i-ni-ḫ[i-ni-še] i-ni pu-lu-si k[u-gu-ni], т. е. «Богу Халди(и) богу Куера Менуа сын Ишпуини эту надпись написал». Таким образом, получается, что в этой надписи мы имеем случай (пока что единственный) установления урартским царем посвятительной стелы-надписи сразу двум богам — богам Халди и Куера.



1) См. М. В. Никольский, Клинообразные надписи Закавказья, МАК, вып. V, 1896, стр. 54-57, табл. X.

2) Сэйс ошибочно опускает.

3) JRAS, XIV, 1882, стр. 606.

4) JRAS, XIV, 1882, стр. 607-608, 697.

5) МАК, вып. V, стр. 43-44.

6) МАК, вып. V, 1896, стр. 56.

7) CICh, стб. 78; W. Belck также считал, что камень с надписью, повидимому, перевезли на остров с южного берега Ванского озера (VBAG, 1892, стр. 477-488).

8) Ср. употребление dainalatini в летописи Аргишти I — Sаусе, 43, 17: daina-latinini PA5 agubi — «из реки Dainalatini я канал провел».

9) CICh, 18, стк. 16, 59-60: DUTU KÁ URDuišini(ni) GUD ][ UDUMEŠ.

10) Область Армари(а)ли, несомненно, находилась восточнее Ванского озера, близ северо-западного побережья Урмийского озера. Название этой области в форме Aramalê встречается уже в надписях Салманасара III (Монолит, II, стк. 56, 57, ARAB, I, 606): ассирийский царь, отправившись из города Арзашку («царского города урартийца Араме), поднимается на гору Eritia (ср. гору Irtia, находящуюся вблизи области Армари(а)ли в Луврской табличке Саргона II, стк. 254, ARAB, II, 163) и отсюда попадает в Aramalê. В дальнейшем Салманасар, пройдя область города Zanziuna, спускается к «морю страны Наири»; отсюда он, пройдя страны Гильзану и Хубушкиа ущельем страны Киррури (севернее города Арбелы), возвращается в свою страну. Гильзану находилась северо-западнее Урмийского озера (ZA, XIV, стр. 150), Хубушкиа — южнее Ванского озера, юго-западнее Гильзану; Киррури — в ассирийских надписях обозначает территорию, находящуюся западнее и юго-западнее Урмийского озера (ZA, XIV, стр. 159). Таким образом, в конце своего похода Салманасар действует на территории, лежащей вдоль западного побережья Урмийского озера. Он здесь оказывается сразу после посещения им берега «моря страны Наири». На этом основании нам кажется, что в данном случае под «морем страны Наири» подразумевается не Ванское озеро, как до сих пор принято считать в специальной литературе, а скорее Урмийское озеро, которое в других случаях именуется как «Нижнее море страны Наири» в противопоставлении «Верхнему морю страны Наири» — Ванскому озеру. Поэтому область Aramalê, упоминаемую у Салманасара III, нужно искать северо-восточнее Урмийского озера, именно там, где нужно поместить и область Armari(a)li надписей Саргона II.

11) Fr. Thureau-Dangin, Une relation de la huitième campagne de Sargon (714 av. J.-C.), Paris, 1912, стр. IX сл.

12) С. F. Lehmann-Haupt, Armenien einst und jetzt, II, стр. 319 сл.

13) Ср. Б. Б. Пиотровский, История и культура Урарту, 1944, стр. 120.

14) Луврская табличка, стк. 269-296.

15) Там же, стк. 285.

16) В пользу этого предположения говорит, повидимому, еще одно обстоятельство: согласно тексту Луврской таблички, на южной границе страны Аиади проходила река Калланиа (nârqa-al-la-ni-a); Саргон говорит, что он, отправившись из страны Аиади, переправился через реки Калланиа и Иннаи и приблизился к области Uaiais (Лувркая табличка, стк. 297, ARAB, II, 167). Калланиа (nârkal-la-[n]i-a) — река страныУрарту — упоминается еще раньше в надписях Тиглатпаласара III (745—727); этот ассирийский царь хвастается, что он, после победы над царем Урарту Сардури, отторгнул от Урарту ряд областей и присоединил их к Ассирии, среди них Тиглатпаласар упоминает и реку Калланиа, область которой он также присоединяет «к границам Ассирии» (ARAB, I, 785). Это обстоятельство говорит о том, что реку Калланиа нужно искать на территории, лежащей близ Ассирии, южнее Ванского озера, и, таким образом, здесь же нужно искать южную границу страны Аиади.

17) К маршруту 8-го похода Саргона II против Урарту см. также Б. Б. Пиотровский, История и культура Урарту, 1944, стр. 119 сл.

18) В надписях Ишпуини и Менуа: CICh, 13 av., стк. 12, 18, 29; rev., стк. 2, 5, 10; CICh, 14, 5, 18; ДАН, В, 1930, № 8, стр. 143-146, а также в надписях Аргишти I: Sаусе, 37, стк. 12; 43, стк. 52, 55; 45, стк. 37.

19) В CICh: [1]ṭe x pa-a-ri [1]-a-na-ši-i-[e].

20) В CICh: ku te ṭu piari.

21) Употребление этого знака в глагольных формах: ku-ṭè-a-di, ku-ṭè-tú, где в произношении нужно ожидать kuṭiadi, kuṭitu (ср. глагольную форму ḫutiadi, а также формы на -itu), указывает, что этот знак в урартской клинописи употреблялся в значении не ṭe, a ṭi.

22) Н. Я. Марр, Фрагмент Халдской надписи из Алашкерта, ИРАИМК, I (1921), стр. 51-60; CICh, 28.

23) Леманн-Хаупт (CICh, 28) прочел неправильно: ku-ḫi-tú, а также ошибочно определил, что это — надпись царя Менуа; несомненно, что эта надпись, составленная от имени царей Ишпуини и Менуа, повествует о тех же событиях, о которых речь идет в надписях CICh, 13, 14 (а также в дубликате CICh, 14, см. ДАН, В, 1930, № 8, стр. 143-146).

24) Вопрос о названии этой урартской меры емкости решается и в работе И. М. Дьяконова «Заметки по урартской эпиграфике», см. «Эпиграфика Востока», т. IV.

25) Иногда сказано также, с какой целью: «для жизни, радости (и) величия» царя-посвятителя — см: CICh, 83, 84, 85, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95; ЦУПМГ, 22 и т. д.


























Написать нам: halgar@xlegio.ru


эротический массажный салон