Система Orphus
Сайт подключен к системе Orphus. Если Вы увидели ошибку и хотите, чтобы она была устранена, выделите соответствующий фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Назад К содержанию Дальше

Глава 10
Земледелие и животноводство

Содержащиеся в текстах линейных табличек сведения о микенском обществе, имея для нас исключительно важное значение, при всем этом остаются сведениями косвенными. Ведь само собой разумеется, что писцы не ставили своей целью дать характеристику микенского общества — они только составляли записи хозяйственного характера. Тем более обоснованы надежды, что в линейных текстах кроется возможность почерпнуть из них более подробные сведения по ряду частных вопросов, связанных с ведением в Микенской Греции сельского хозяйства.99)

Весьма ценным источником информации являются пилосские таблички серии E, содержащие сведения о земельной собственности. Как правило, на них встречается идеограмма зерна, которой предшествует словосочетание toson sperma, что значит «столько-то семян», «столько-то зерна». Идеограмма обычно сопровождается числовыми и метрическими знаками, сообщающими сведения о размерах участков обрабатываемой земли, которые определяются количеством необходимого для их засева зерна. Например, четыре крупные таблички подсерии En общим объемом 66 строк знакомят нас со значительной частью земельного фонда Пилосского царства, расположенного непосредственно в округе, в котором находится сам Пилос. Некоторые фрагменты повреждены, однако их содержание восполнимо на основе 13 других, более кратких табличек подсерии Eo (прочие данные более [141] кратких табличек были со временем перенесены на суммирующие таблички больших размеров). На шести других табличках подсерии Ep общим объемом 76 строк мы встречаемся с другим пилосским земельным комплексом, суммирующим сведения многих десятков табличек подсерии Eb объемом от одной до трех строк.

Принципиальное различие между двумя упомянутыми комплексами состоит в том, что речь идет о различных с точки зрения правового владения группах наделов. Земля, обозначенная как ktimena ktoina (т. е. «обладаемая, возделываемая земля»), несомненно, находилась в частном пользовании отдельных лиц, даже если первоначально и составляла часть земельного фонда властителя, как это имело место на Востоке. И наоборот, kekeimena ktoina (первое из этих слов до сих пор не получило удовлетворительного толкования) была землей, принадлежащей «народу» (damos), т.е. общине.

Отдельные собственники земли часто обозначаются на табличках термином ktoinookhoi (т. е. «держатели земли»), причем некоторые из них одновременно являются телестами. Однако среди держателей земли этого типа фигурируют и различные ремесленники и представители других трудовых профессий, относящихся к дворцовому хозяйству, например сукновал, царский гончар, пастух и т. п.

Наделы обоих типов часто сдавались в аренду. Сами ктенухи нередко арендовали также и другие наделы, как правило, у общины, что производит впечатление земельных спекуляций. Например, ктенух Айтиоквс100) арендовал у общины наделы, размеры которых определяются числом 87 малых мер зерна. Для сравнения укажем, что участок, выделенный общиной ванакту, содержал 30 больших (т. е. 1800 малых) мер, а наибольшее (после ванакта) количество земли, выделявшейся отдельным собственникам, соответствует 606 малым мерам. Однако кроме земли от общины Айтиоквс лично владел землей в 94 меры, из которой сдавал в аренду участки величиной в 90 мер. Отсюда следует предположение, что у общины землю можно было арендовать на более выгодных условиях, чем у частных владельцев. В роли арендаторов (onateres) в текстах табличек выступают прежде всего жрецы, различные ремесленники, а зачастую также «божьи слуги» и «божьи служительницы», о чем мы уже упоминали выше (стр. 134) в связи с частным земельным владением ктенооха Айтиоквса. [142]

Среди записей упомянутого типа поражает фиксация большого числа арендаторов, имеющих отношение к культу. Например, один из наиболее крупных участков общинной земли находится в держании жрицы Эрифы (Eritha), которая, согласно свидетельству табличек, даже вела тяжбу с пилосской общиной. Община утверждает, что Эрифа получила в обычную аренду участок величиной в 237 малых мер, в то время как Эрифа заявляет, что эта земля принадлежит не ей, а божеству, жрицей которого она является, и что поэтому речь идет о пользовании землей без арендных обязательств. Эта запись существует в двух версиях, несколько отличающихся друг от друга (на суммирующей табличке Ep 704 размеры участка меньшие, чем на табличке Eb 35).

Значительное количество жрецов, жриц, «божьих слуг» и «божьих служительниц», выступающих в роли арендаторов, обусловлено, вероятно, тем обстоятельством, что речь идет о наделах, расположенных непосредственно в округе Пилосского дворца. Интересно было бы узнать, как обстояло дело в прочих 15 округах Пилосского царства. Но записей такого рода не сохранилось: возможно, они были составлены и хранились не в царском дворце, а в каком-то другом месте.

Если упомянутые четыре подсерии пилосских табличек (En-Eo и Ep-Eb) представляют собой некий кадастровый перечень, то на прочих подсериях пилосских табличек серии Е, регистрирующей земельные участки, содержатся записи несколько иного характера. Например, включающая 15 табличек подсерия Es, несомненно, фиксирует дополнительную повинность, имеющую определенное отношение к культу. На табличке Es 650 сообщается общая величина наделов 13 лиц (опять-таки выраженная в мерах зерна), на табличке Es 644 — годичная натуральная повинность пшеницей, а на прочих 13 табличках — распределение натуральной повинности, которую эти же лица должны исполнять по отношению к отдельным божествам, или отправления ими культа. Обращает на себя внимание тот факт, что натуральная повинность по отношению к богу Посейдону всегда в несколько раз превосходит таковую и отправление культа в отношении прочих божеств. Это указывает на особое почитание Посейдона в Пилосе.

То обстоятельство, что земля регистрировалась в дворцовых архивах, свидетельствует о том, что дворцовая администрация была заинтересована в ее учете. Сам [143] ванакт прямо назван держателем земли только один раз — на упоминавшейся выше табличке Er 312, согласно которой ванакту выделяется 30 больших мер (т. е. 1800 малых), лавагету — 10, а трем телестам, вместе взятым, также 30. Причем названную табличку следует читать в совокупности с табличкой Un 718, где эти же лица приносят пожертвования Посейдону и где ванакт назван своим личным именем — Энхелиавон. Из таблички Er 880 следует, что Энхелиавон имел в частном держании земельный участок величиной в 94 большие меры (т. е. 5640 малых мер). Это в то же время и самая крупная земельная собственность, засвидетельствованная в текстах линейных табличек. Поскольку одна большая мера содержит около 96 л, в целом это составляет 9024 л зерна, что соответствует почти 57 ц зерна, предназначавшегося для засева упомянутой земли (1 л зерна весит около 0,63 кг). В результате сопоставления с нормой засева, существовавшей в древности на Ближнем Востоке (50 л на 1 га),101) был сделан вывод, что указанным количеством зерна засевалась площадь около 180 га. Это довольно значительная земельная собственность, достойная богатого пилосского властителя. К ней, однако, нужно добавить еще упомянутый на табличке Er 312 теменос ванакта величиной в 30 больших мер, т.е. 2880 л зерна, что составляет еще около 58 га земли.

Хотя мы не располагаем аналогичными текстами из Кносса, там сохранились (правда, отрывочно) записи о сборе урожая зерна (E 668). В них говорится, что в Ликте собрано 246,7 больших мер пшеницы, в Тилиссе — 261, в Лато — 30,5. Это соответствует, например, для Тилисса приблизительно 25 050 л зерна, т.е. примерно 15,8 т собранного урожая. Такой урожай в нынешних условиях Крита составляет земледельческую продукцию приблизительно с 10 га посевной площади. Однако самые высокие показатели сбора урожая зерна на кносских табличках относятся к местности под названием Dawos (F 852), расположенной, вероятно, где-то на плодородной равнине Месара на юге Крита. Запись, составленная опять-таки в больших мерах, частично повреждена, но определенно соответствует по крайней мере нашему пятизначному числу, начинающемуся с цифры 1. Даже если предположить, что минимальное возможное число — 10 000, то это составляет не менее 600 т зерна. [144]

Отсутствие подобных же данных в Пилосе обусловлено тем, что гибель его, несомненно, приходится на весеннее время. Но кое-какие сведения можно получить косвенным путем. Сохранился фрагмент пилосской таблички, очевидно регистрирующей суммарно месячный рацион зерна для рабынь, о которых говорится на табличках серий Aa, Ab, Ad. Данные содержат 192,7 больших мер, т.е. около 11,7 т пшеницы. В год это составило бы около 140 т. Для сравнения укажем, что сегодня во всей Мессении производится около 22 000 т пшеницы.102)

Тексты табличек содержат также интересные сведения о том, какие именно культуры возделывались в микенском мире. Из зерновых это были прежде всего пшеница и в несколько меньших количествах ячмень. Весьма богатыми были и урожаи маслин. В Кноссе сохранились записи о двух сортах маслин, а наибольший урожай (точнее, «наибольший сбор натурального налога») отмечен на юге Крита в Давосе — 8640 л (F 852). Упоминания о выращивании маслин имеются и в текстах пилосских табличек. Кроме того, оно подтверждается и находками остатков плодов в микенских поселениях. Маслины (как сами плоды, так и оливковое масло) употреблялись не только в пищу, но также для освещения (сохранились образцы микенских ламп), в гигиенических (вместо мыла) и косметических (в качестве компонента благовонных масел) целях.

В больших количествах выращивались смоквы. В Пилосе они упоминаются в пищевом рационе рабынь: речь непременно идет о равных количествах пшеницы и смокв (возможно, сушеных). В Кноссе мы располагаем как рядом суммирующих записей об урожае смокв (в одном случае — 7200 л [F 841p, так и записями о несколько меньших количествах смокв, вина, ячменя и оливкового масла, подносимых богам в качестве жертвенных даров. Любопытна запись из Кносса, регистрирующая 1770 смоковниц (Gv 682). На значимость смокв в экономике Пилоса указывает существование лица, называвшегося opisukos, т.е. «смотритель смокв».

Получило распространение и виноделие. Из пилосской таблички Er 880 со сведениями, касающимися Энхелиавона, мы узнаем, что последний владел виноградниками размерами в 1100 лоз и по крайней мере 1000 смоковницами. Само вино регистрируется на пилосских табличках только в малых количествах. Однако его [145] популярность в Пилосском дворце убедительно доказана результатами археологических раскопок. Одно из тамошних строений было определено как винный склад. Об этом свидетельствуют находки крупных сосудов и особенно глиняных черепков с печатными оттисками идеограммы вина (один из черепков имел при этом пометку «с добавлением меда»). Значительно больше зафиксировано в Кноссе: на сохранившейся фрагментарно табличке Gm 840 приводится совокупность четырех статей, касающихся распределения более 14 тыс. л вина.103)

Имеются и сведения о меде, упоминающемся главным образом в качестве жертвоприношения в записях с культовым контекстом. Целый ряд записей касается различных видов растений. Самый богатый ассортимент представляют таблички из Микен, однако здесь невозможно определить, какие виды кореньев культивировались на месте, а какие ввозились с Ближнего Востока (тмин, мята, шафран и др.).

Важным сельскохозяйственным продуктом был лен, из которого изготовлялось полотно. В Пилосе записи о полотне содержатся почти на ста табличках, причем производство льна регистрируется здесь для каждого из 16 административных округов в отдельности. Первоначально таблички находились в двух корзинах, каждая из которых содержала записи, относящиеся к одной из обеих провинций. Суммирующие данные, касающиеся западной провинции (Ng 319), составляют 1239 единиц, т.е., согласно Дж. Чедуику, около 37 т.104) Итоговая табличка, касающаяся восточной провинции, повреждена (Ng 332), но содержащееся на ней число составляло не менее 200 и не более 899 единиц. Общая совокупность данных двух табличек колеблется, таким образом, от 43 до 64 т и вполне согласуется с тем фактом, что сегодня весь Пелопоннес производит около 300 т льна.

Ряд табличек содержит параллельные данные о различных видах продуктов, главным образом сельскохозяйственных. На двух подсериях табличек (Ma в Пилосе, Mc в Кноссе) имеются даже записи, свидетельствующие об определенной системе натурального налога различными изделиями. Особенно наглядно представлено это на табличках пилосской серии Ma, где перечисляются отдельные, чаще всего точно не идентифицированные продукты, сопровождающиеся числовыми обозначениями, которые находятся в отношении друг к другу в строго установленной пропорции A:B:C:D:E:F = 7:7:2:[146]:3:1,5:150. Такое соотношение в принципе прослеживается во всех 16 округах Пилосского царства. Между отдельными данными иногда имеют место числовые диспропорции, но это можно объяснять тем обстоятельством, что распределение налога в отдельных случаях варьируется внутри более или менее обширных групп пилосских округов. При общем же распределении отдельных продуктов эти диспропорции не наблюдаются. На основании этих данных Ж.-П. Оливье вычислил, какое количество того или иного вида продуктов натурального налога приходилось в Пилосе на одного налогоплательщика — отдельное лицо или определенную хозяйственную единицу.105) Эти записи являются еще одним доказательством скрупулезного хозяйственного учета, имевшего место в микенских дворцах, который, очевидно, осуществлялся на протяжении многих поколений с использованием испытанных временем традиционных методов. Тщательный анализ данных пилосской подсерии Ma позволяет прийти к выводу, что, хотя западная провинция насчитывала девять округов, а восточная только семь, по всему экономическому потенциалу западная провинция уступала восточной. Такой вывод целиком согласуется с различием географических условий двух провинций: расположенная у реки Памис восточная часть Мессении всегда была более плодородной, чем западная. При этом имеется поразительное сходство между количественными показателями натурального налога в Пилосе и Кноссе, что опять-таки подтверждает сходство администраторских принципов, применяющихся в этих двух крупных центрах микенской цивилизации.

Многие таблички, прежде всего кносские, содержат и записи, касающиеся животноводства. Поскольку учет скота осуществляется по головам, то здесь таблички дают весьма точную информацию. Например, на табличке Dn 1088 содержатся сведения о 13 300 овцах, а на табличке Dn 1319 — о 11 900 овцах, относящиеся к критскому Амниссу. Исчисление тысячами приводится также и в других аналогичных текстах. Общая численность овец, зарегистрированных на кносских табличках, составляет — с учетом определенного допуска — около 100 тыс. голов (для сравнения: в 1974 г. поголовье овец на Крите составляло 400 000).106)

На важную роль овцеводства в хозяйственной жизни Крита указывает и то обстоятельство, что о разведении [147] овец упоминают около 850 табличек и фрагментов при общей численности 3369 найденных в Кноссе документов, т.е. четвертая часть. Документы из Пилоса содержат сведения только приблизительно о 10 тыс. овец и 2 тыс. коз. Хотя эти данные наверняка неполные, тем не менее по ним можно судить, что разведение овец и коз получило широкое распространение в Мессении.

Примечательно, что численность овец, зарегистрированных на кносских табличках, составляет, как правило, круглую сотню или ее кратное. Это объясняется тем, что таблички подсерий Da-Dg представляют собой записи итогов ежегодного крупного подсчета овец. Это предположение подтверждается наличием табличек, на которых меньшие количества восполняются недостающей величиной до сотни. Например, табличка Dc 1118 в вольном переводе читается приблизительно так: «Стадо пастуха Вадунара в Кутайте, находящееся под верховным присмотром Дамния, насчитывает 77 баранов, недостает 23 барана». Подробные количественные сведения приводятся, например, на табличке Dg 1280, сообщающей, что в стаде пастуха Синита из Лукта (более поздний Литт) насчитывается 39 баранов, 11 овец, 10 старых баранов и 40 баранов — «одногодок» (упомянутые в начале 39 баранов и 11 овец являются, очевидно, ягнятами). (Примечательно, что стада состояли, как правило, из животных различного возраста и что в них неизменно численно преобладают бараны над овцами. Это иногда объясняется тем, что наиболее выгодными для производства шерсти были кастрированные бараны. Увеличение поголовья стад достигалось путем разведения ягнят, о чем говорят записи на табличках подсерий Bo.107)

Сведения о налоге шерстью, установленном для пастухов овечьих стад, которые перечисляются на табличках серий Da-Dg, содержат таблички подсерий Dk. Одна основная налоговая мера шерсти, предположительно равнявшаяся 3 кг, составляет продукцию, получаемую или от 4 голов (для более старых кастрированных особей), или от 10 голов (молодых особей, в том числе ягнят). Таблички зачастую содержат сведения и о налоговых недоимках. Так, пастух Каданор из Кутайта явно не был образцовым работником, поскольку ко времени подсчета задолжал из положенной нормы 75 кг шерсти от 100 овец почти 40 кг (Dk 1065), а его товарищ [148] Тимиза из положенной нормы около 150 кг от 200 овец задолжал 50 кг (Dk 1076). Очевидно, шерсть обрабатывалась непосредственно в тех же пунктах, где происходила стрижка. Это следует из совпадений топонимов на табличках серий D и L, тексты которых содержат сведения о налоге текстильными изделиями.

Как явствует из приведенных примеров, каждое стадо поручалось попечению одного лица, непременно фигурирующего на табличках. Однако третья часть табличек серии D непременно содержит также и имя лица, в отношении которого можно предполагать, что это был какой-то заслуженный сановник, получивший от кносского властителя право собирать налог шерстью на свой счет.

Оставшиеся две трети, очевидно, поступали в царские хранилища без такого посредничества.

Ранее уже предпринимались попытки определить количество годового производства шерсти в областях, находившихся под властью Кносса. Однако вследствие фрагментарности табличек выводы ученых нельзя считать окончательными. На основании данных сохранившихся табличек Ж.-П. Оливье определил установленное количество производства шерсти в Кноссе в 17 300 основных единиц шерсти, что составляет около 51 900 кг. Из всего этого количества ко времени составления табличек было собрано только 10 300 единиц (около 30 900 кг),108) т.е. неполных 60%. При благоприятных условиях пастухи еще имели бы возможность восполнить недостачу до конца года. В год составления табличек этого уже не случилось, поскольку летом Кносский дворец неожиданно подвергся полному разрушению. В Пилосе же сведения о производстве шерсти вообще отсутствуют. Дворец был разрушен еще весной — ранее того срока, когда производилась весенняя стрижка овец.

На табличках содержатся также и сведения о козьих стадах, но их численность намного ниже, чем овечьих. Интересна серия табличек Mc, содержащая учет рогов критских диких коз, называемых в настоящее время «агрими». Численность рогов доходит до нескольких сот, а их использование стало предметом самых разнообразных домыслов ученых (изготовление луков, рессор боевых колесниц). Упоминания о поросятах встречаются реже и притом только в малых количествах.

Лишь изредка тексты табличек упоминают о лошадях и ослах, зато бычьи стада, несомненно, отличались [149] большим поголовьем. Однако относительно последних мы располагаем только косвенными данными случайного характера. На кносской табличке C 59 содержатся сведения о 80 быках, использовавшихся в качестве тягловой силы, на табличке Gh 902 упоминается 12 быков и 144 теленка. На табличках подсерии Ma приводятся сведения о налоге бычьими кожами со всех 16 пилосских округов, величина которого составляет в целом 234 кожи. Такая норма предполагает существование довольно высокой численности бычьих стад, поскольку величина налога, несомненно, могла определяться в расчете только на старых, уже не годных для тяжелой работы животных.

Подводя итоги, можно сказать, что домашних животных использовали и как источник сырья для ремесленного производства (овцы для шерсти, козы для ворса и рогов, бычьи стада для кож), и с целью получения молочных продуктов (коровы, козы, овцы; имеются упоминания о сыре), а кроме того, для тяжелых сельскохозяйственных работ (бычьи стада) и, естественно, на мясо (зачастую также с целью жертвоприношений).

Из нашего изложения явствует, таким образом, сколь важную роль играли в микенской экономике земледелие и животноводство. Дешифровка текстов линейных табличек предоставила нам в этой области целый ряд новых сведений, хотя при этом многие детали продолжают оставаться неясными. В частности, это касается точного толкования различных правовых терминов землепользования. Однако можно надеяться, что надлежащий комплексный анализ отдельных серий пилосских табличек прольет новый свет и на этот круг вопросов.

Назад К содержанию Дальше


99) См.: Finley M. J., 1957 а, b; Bartoněk А., 1964а; Olivier J.-P., 1967; 1974; Killen J. Т., 1964; Tegyey I., 1965; 1968; Lejeune M., 1966.

100) Данные, касающиеся земельной собственности Айтиоквса, содержатся на табличках Eb 846, En 74, Eo 247, Ep 301.

101) См.: Lewy H., 1944; Ventris M., Chadwick J., 1956; 1973, с. 237.

102) Chadwick J., 1976а, с. 118.

103) В случае принятия другого варианта прочтения этого текста, речь здесь идет о 33 800 л.

104) Chadwick J., 1976а, с. 154.

105) Olivier J.-P., 1974.

106) Hiller St., Panagl О., 1976, с. 130.

107) Killen J. Т., 1964.

108) Olivier J.-P., 1967.

Назад К содержанию Дальше


























Написать нам: halgar@xlegio.ru


Бексултан Кулибаев https://nomad.su